Барби Денск вздрогнула под одеялом в укрывающей траншее в окруженном немецком городе Аахен. Она была членом гитлеровской организации Союз немецких девушек (Bund Deutscher Madel) и вызвалась защищать свой дом и семью от американской пехоты, окружавшей город. События происходили 12 октября 1944 года.

Наступление на Аахен произошло в 9 утра. Говорит Барби Денск: «Это было внезапно и оглушающе. Сначала была серия взрывов, сопровождаемых стрельбой, пулеметным огнем и пронзительными криками. Я схватила свисток, чтобы поднять тревогу. Через бинокль я увидела вражеских солдат. Я сняла предохранитель на винтовке, другие девушки последовали моему примеру, и мы начали стрелять по американцам.

Потом последовала вспышка и громкий удар. Я упала на землю и увидела истекающие кровью тела моих подруг. Некоторые из них лежали прямо у моих ног, они бились в судорогах и извергали кровь изо ртов. Маленькие струйки пара поднимались вверх из отверстий в их телах и из оторванных конечностей«.

Реальность войны стала шоком для Барби Денск. Тогда ей было всего 15 лет.

Юная девочка, член Jungmädelbund

Организация Союз немецких девушек (Bund Deutscher Madel, BDM) первоначально не была предназначена для участия в военных действиях. Она была основана в 1920-х годах и стала обязательной для «настоящих арийских девочек» с 1936 года. Таким образом формировалось новое поколение, выросшее целиком по заветам Третьего Рейха.

Девочки-подростки в нацистской Германии получали очень ограниченное образование, основанное на пяти принципах: физические упражнения, готовка, стирка, уборка и дети. Акцент был на физической подготовке, в том числе на танцах. Немецкая девушка должна была быть красивой, гибкой, сильной и сияющей.

Спортивной подготовке в Bund Deutscher Madel уделялось много внимания

Девочки в возрасте от 10 до 14 лет после школы должны были посещать группы Союза девочек (Jungmädelbund, JM), а 14-18-летние — собрания Союз немецких девушек (Bund Deutscher Mädel, BDM), где часто читали лекции высокопоставленные нацисты, в том числе Гиммлер и Геббельс.

Воспитание девочек было основанно на пяти принципах: физические упражнения, готовка, стирка, уборка и дети.

Члены BDM и JM принимали участие в митингах нацистов в Нюрнберге, а Хельга Басслер даже удостоилась рукопожатия с фюрером: «У меня голова пошла кругом и задрожали колени, когда я увидела, что Гитлер направляется ко мне. Девушки плакали и протягивали руки к нему, многие были с цветами, которые принесли специально для него. С того дня я смотрела на Гитлера как на личного спасителя, как современные девушки смотрят на звезд поп-музыки. Многие из нас влюбились в Гитлера после встречи с ним, и мы потом целиком пребывали в этой любви«.

Но вскоре ситуация изменилась. После высадки союзников в 1944 году даже самые идеалистично настроенные нацисты признали, что волна войны повернулась против Германии. В связи с этим встал вопрос поиска внутренних резервов для «пушечного мяса».

Гитлер издал указ о том, что девочек от десяти лет нужно обучать сражаться до смерти, защищая свои города. Члены BDM учились закладывать мины-ловушки, становились снайперами, обучались диверсиям на дорогах и железнодорожных линиях. Они легко справлялись с фауст-патронами (противотанковое оружие Panzerfaust). Из таких отчаянных, сильных, до беспамятства любящих Гитлера девочек и женщин формировались полностью женские подразделения в рамках организации движения ополчения Фольксштурм (Volkssturm). Это была отчаянная попытка фашистов если не повернуть вспять войну, то хотя бы ненадолго остановить собственное отступление.

Барби Денск была волонтером одного из таких подразделений в Аахене: «Наша оборона была подготовлена — траншеи, колючая проволока, опрокинутые автомобили, грузовики и трамваи. Наша задача состояла в том, чтобы убить как можно больше врагов. Мы были уверены, что сможем помешать американцам захватить город.

Перед наступлением наш командир сказал: «Девушки великой Германии, вы – волки нашей нации. Как и лесные волки, женщина также является хищником и защитником. Как волки, вы должны выслеживать врагов повсюду и убивать их. Наш враг утонет в собственной крови, а в случае необходимости – и в вашей».

Я никогда не забывала этих слов, потому что, когда начались боевые действия, этот командир, предводитель «волков», надел гражданскую одежду и сдался«.

Плакат, призывающий детей идти в ополчение Volkssturm

Вспоминает Вилли Андерсон, во время Второй мировой — солдат американского 26-го пехотного полка: «Было шоком видеть, что в нас стреляют дети, но у нас не было другого выбора, кроме как убить их. Помню один случай. Мы продвигались по переулку, из подвала раздался выстрел, и один из наших ребят упал мертвым. Мы бросили гранату в подвал, потом один из отряда заглянул туда и ужаснулся: «там мертвый ребенок, девочка».

Они сражались очень грамотно и самоотверженно, учитывая, что были совсем юными девочками. Они бросали в нас бросили гранаты, стреляли из винтовок и панцерфаустов, словом, любыми способами старались убить нас. Но когда мы захватили их, они бросили оружие и подняли руки, крича: Американер! Американер!»

Поворот в войне означал и другую реальность для членов Bund Deutscher Madel — их стали готовить для диверсий

Потом они попросили у нас конфеты и шоколадные батончики. Они были просто детьми, которые никогда не должны были воевать.

После Аахена я каждый день молился о том, чтобы мы никогда больше не видели ничего подобного. Это выглядело как мясная лавка, где лежали куски человеческого мяса, мертвые тела мужчин, женщин и маленьких детей».

Девушки BDM проходили усиленную военную подготовку

Барби Денск взяли в плен американцы: «Меня спрашивали, почему я ранена, и я сказала им правду. Они интересовались, кто меня научил стрелять и направил на фронт, и я сказала, что это были нацисты. Они хотели знать, нравился ли мне Гитлер, и хочу ли я продолжать сражаться. Я сказала, что я только хотела остановить вражеских солдат, которые могли причинить вред моей семье и что я видела Гитлера только в фильмах и фото. На этом моя война закончилась и в общем я была рада, но также я очень боялась, что с нами будет дальше«.

Если ситуация в Аахене была ужасной, то условия в Берлине невозможно описать словами. К апрелю 1945 года Берлин лежал в руинах, горожане скрывались в подвалах и канализационных коллекторах. Почти непрерывно через громкоговорители по городу разносилась пропаганда, пугая мирных жителей тем, что с ними случится, если они будут захвачены красноармейцами. Радиостанция Radio Werwolf круглосуточно постоянно призывала мальчиков и девочек Берлина сражаться и умереть за Отечество. В ходу был лозунг Besser Tot Als Rot – лучше быть мертвым, чем красным.

Для девочек из Werwolf битва за Берлин стала кошмаром. Вспоминает Хейди Кох: «Я никогда не испытывала такого животного страха. Через громкоговорители нам приказывали не бегать, как трусы, заявляя, что скоро придет облегчение. Тела предателей висели на деревьях и фонарных столбах. Это было похоже на тотальное сумасшествие.

Все время мы копали окопы, создавали укрепления из бетона, переворачивали автомобили и трамваи. В городе было много эсэсовцев. Я подбежала к одному из них и спросила зачем мы это делаем, он ответил: «Знаешь, что произойдет, если русские придут сюда? Они перестреляют вас как собак!» Я убежала».

Вспоминает Дана Хеншель, ей тогда был 21 год: «Нам приказали оборонять аэродром. Поскольку я была снайпером, я перебралась на край аэродрома и увидела, как ополченцы начали сдаваться. Некоторые были тут же расстреляны или заколоты русскими.

Следующие несколько секунд были самыми длинными в моей жизни. Я лежала под брошенным грузовиком, подняла винтовку и открыла прицел. Я навела прицел на русского, затаил дыхание и медленно нажала курок. Русский упал.

Другой солдат подбежал к убитому, я его тоже застрелила. Видимо, после этих выстрелов меня вычислили, потому что мина взорвалась очень близко. Через несколько секунд взорвались еще две мины, и я быстро ушла из укрытия. Через мгновение послышался громкий свист, и грузовик взорвался.

Я вернулась в медпункт, который был битком набит людьми без рук и ног. Все вокруг было в крови, как в бойне. Некоторые из наших девушек лежали в обмороке, других вырвало, некоторые бились в истерике. Мне дали чашку воды с сахаром и сказали, чтобы я оправилась от шока».

Тереза Моэль вела огонь из зенитки в наступающих красноармейцев, пока у нее не кончились боеприпасы. Затем появился танк Т-34: «Одна из наших девочек, 18-летняя Аннелиз, закричала, что кто-то должен остановить его, или он убьет всех нас. Я схватила фаустпатрон и выстрелила. Я видела, как маленькая ракета полетела к танку. Появилась яркая вспышка, затем башня танка поднялась, и мы услышали сильный взрыв«.

К тому моменту, когда Берлин пал, а это случилось 2 мая 1945 года, жертвы среди гражданского населения города составляли примерно в 125 000 человек, что было прямым следствием отказа Гитлера сдаться.

Читайте также о «гитлеровском» колоколе в немецкой церкви, о городе, который должен Берлину триллион евро и про оконные клетки для выгуливания детей.

Поделиться:

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста введите комментарий
Пожалуйста, введите здесь свое имя